Стравинский Игорь Федорович (1888-1971). Универсальный гений ХХ века, оставивший след почти во всех жанрах и стилях, вплоть до джаза (точнее, рэгтайма). Впрочем, джазовый опыт оказался чуть ли не самым неудачным. Джаз он не понимал и не чувствовал. «Эбеновый концерт» для джазового оркестра и «Рэгтайм для 11 инструментов» являют собой угловатые карикатуры на джаз и фактически ничего общего с ним не имеют, кроме неправильно понятой синкопированной ритмики. Даже у Мийо и Хиндемита обращение к джазу было более естественным и пластичным, приближаясь в гармоническом и мелодическом плане к такому насквозь пропитанному джазом явлению, как Гершвин. Для меня в творчестве Стравинского первое место держат «Симфония псалмов» и «Весна священная». В целом творчество этого, безусловно, великого композитора представляется мне больше экстравертным, несколько поверхностным, за исключением нескольких шедевров, в первую очередь - его духовных произведений (в том числе, разумеется, и «Симфонии псалмов»). Все вышесказанное не мешает мне любить музыку гениального Стравинского, если не всю, то большую ее часть.
Прокофьев Сергей Сергеевич (1891-1953) Впервые услышал его музыку лет в 15. Это был, если не ошибаюсь, струнный квартет. Несмотря на мое полное невежество в музыке такого рода, она мне неожиданно понравилась. Была в ней какая-то «изюминка». Поразили прежде всего странные, непривычные модуляции. Да и весь общий строй этой музыки интриговал; до этого в нашем доме звучали Чайковский, Григ, Бородин, Шуман… И, когда во время учебы в «Мерзляковке» стали «проходить» Прокофьева, каждое его незнакомое сочинение без труда принималось душой и сердцем и оставалось в нем навсегда. Постепенно происходил «естественный отбор»: некоторые сочинения отходили в тень, другие, напротив, высвечивались.
Метнер Николай Карлович (1880-1951). Композитор фактуры. В фортепианной музыке всегда чрезвычайно сложный фигурационный аккомпанемент шумановского типа, оплетающий мелодию. Эта изысканная бисерная ткань арпеджий скрывает подчас самую простую, иногда даже банальную мелодию. На помощь приходит и гармония, довольно приятная, иногда напоминающая Лядова, Рахманинова, а то и раннего Скрябина. Вся эта лирическая мишура может даже понравиться, но она не будит глубоких чувств. Слишком все правильно, красиво.ю благодатно, и… холодно. Недаром кто-то (кажется, Рахманинов) однажды сказал: «Хоть бы он напился как-нибудь, что ли!..» Обилие мелких длительностей и ключевых знаков, - гроздья бемолей и диезов отпугивают простых любителей музыки, пытающихся самостоятельно ознакомиться с музыкой Метнера. И, наверное, прав был сам Николай Карлович, когда сказал: «Моя музыка похожа на девушку, обладающую, по общему признанию, разными большими достоинствами, но она не хорошенькая – и в нее никто не влюбляется…»
Мясковский Николай Яковлевич (1881-1950) Всю свою сознательную жизнь пытаюсь найти в его музыке что-то созвучное моей душе, но так в этом и не преуспел. Что называется, - герой не моего романа. А ведь музыка его, несомненно, обладает многими достоинствами. Да и значение его творчества и его педагогики для последующего поколения российских музыкантов - несомненно. Пока (а я давно уже в перезрелом возрасте) в зону моих симпатий вошло очень незначительное количество его сочинений. Первое место пока «держит»
6-я симфония, вероятно, лучшее его творение. Хотя некоторые детали все же не укладываются в понятие «шедевра». Зачем столько октавных удвоений в басах (у контрабасов с виолончелями, у меди, деревянных)? Эти упорные октавы перегружают фактуру. Слишком много хроматизмов. Порой он просто «скатывается» до хроматических гамм в мелодии. Или его пристрастие к размеру 6\8 на протяженном временном отрезке. Эти весьма заметные детали его письма свойственны многим другим сочинениям композитора и создают впечатление определенного однообразия. А при отсутствии яркого мелодического дара (а ведь так и есть, признайтесь!) впечатление это усиливается. При последнем прослушивании 6-й заметил сходство одной из тем хачатуряновского «Спартака» с самой яркой музыкальной темой 3-й части.
Как и у всякого советского композитора, у Мясковского много «прикладной» музыки, вызванной к жизни пресловутым «социальным заказом». Поэма-кантата «Киров с нами», кантата-ноктюрн «Кремль ночью», «Патетическая увертюра», посвященная ХХХ годовщине Советской Армии, симфонии: «Приветственная», «Авиационная», и многие другие, приуроченные к какой-нибудь годовщине или партсъезду.
Его работоспособность была удивительной. Кроме 27-ми (!) симфоний (его «переплюнул» по этой части только наш неутомимый Гагнидзе, - у него, кажется, 29), Мясковским написано огромное количество произведений симфонической и камерной музыки, зачастую, увы, не слишком высокого качества. Для меня значительная часть творчества этого композитора – одно большое «общее место». Все, вроде бы, на месте: и правильный тональный план, и полифония, и фактура, и оркестровка… Не хватает главного – Божьей искры.
Шапорин Юрий Александрович (1887-1966) Его духовными отцами были Глазунов и Метнер. Глазунов (и отчасти Бородин) – по части «богатырства», Метнер – в лирике (романсы). Играя или слушая музыку их последователя, удивляешься: будто этот человек не был современником Прокофьева, Шостаковича, Стравинского… Будто это «осколок» 19-го века, оказавшийся волею судьбы в советской действительности. Но в этой действительности он чувствовал себя вполне уютно – был обласкан властями, всегда на виду, занимал разные почетные посты, получал звания и награды. Музыка его, впрочем, не лишена благородства и некоторой старомодной внушительности. Правда, мы мало ее знаем. Однажды, впрочем, мне пришлось прослушать целиком «Декабристов». Мы выпивали с его сыном. а моим другом, Славой, в квартире мэтра (мы жили в одном доме – Доме композиторов на 3-й Миусской) и Слава почему-то поставил на проигрыватель первую пластинку этих самых «Декабристов». Так потягивали мы понемногу водочку и наслаждались папиным творчеством. Понемногу музыка меня увлекла, и даже начала нравиться (может быть, благодаря винным парам, а может быть, и сама по себе – некоторые впечатления до сих пор помню). И тут пришел папа. Заглянул к нам в комнату. «А, водку пьете…» Что-то про исполнение стал говорить и посидел с нами немного; помнится, даже выпил рюмашку. Потом вышел, а нам пришлось дослушивать до конца, а то вдруг обидится.
ЧАСТЬ 2 (окончание) Скрябин Александр Николаевич (1872-1915) Не буду скрывать, - один из самых любимых моих композиторов. Может быть, самый любимый. Со Скрябиным в музыку пришла тайна. До него в русской музыке, фактически, не было мистики. Ее нащупал Мусоргский. Но он был слишком привязан к идее народности, к слову. Скрябин же выразился целиком в чистой музыке – инструментальной (хорошо, что не успел создать мистерию с собственным текстом). В русской музыке до него было много прекрасного: открытость, душевность, лиризм, драма, трагедия, редкостная мелодичность, красочность, но без тайны. Скрябин – Циолковский в Музыке. Первым вышел в космос. Удивительно, как философские (точнее теософские) идеи помогли создать композитору такой яркий, праздничный, а подчас жуткий, фантастический мир звуков. И ведь сама его идея «всеисскусства» (синкретическое искусство), по существу – ложная идея. Музыка самодостаточна. Если она на службе у пластики (балет), вообще, у зрительного ряда (кинематограф), даже у слова (опера, оратория, месса, романс и пр.), она находится на втором плане и становится почти вспомогательным средством (понимаю, что это спорное утверждение, - есть масса исключений). Чистую музыку (инструментальную) лучше слушать с закрытыми глазами, чтобы ничто не мешало. Помню, как отвлекала и раздражала постановка «Прометея» со световым экраном. Правда, это была неудачная попытка, - Скрябин мечтал о погружении зала в разные цветовые потоки, световые туманы и т. д. Но ведь он мечтал еще и о пластических движениях оркестрантов, о громовом голосе чтеца… А в итоге, идеи эти не помешали ему создать гениальные, чисто музыкальные творения, которые спокойно обходятся без всей этой мишуры. Скрябин предвосхитил гармонические находки зрелого джаза, создал свою композиторскую технику, выстроил свою философскую концепцию, в которой музыке отводилась главная роль. Иногда мне кажется, что Скрябин - пришелец из какого-то другого мира; то ли из доисторических рас, то ли из далекого будущего, то ли он представитель внеземных цивилизаций. Но стоит поставить запись его ранних прелюдий, например, из 11-го опуса, и ты на земле, причем на московской земле; и тебя обуревают самые земные, человеческие чувства. Удивительная вещь! Какой он разный, какой многоплановый! Московский пейзаж и страшный космос, любовное томление и мрачные мистические прозрения, безумная радость и отчаянье… У какого еще композитора возможно такое?
РахманиновСергей Васильевич(1873-1943).В юности даже имя его звучало для меня как музыка – раскатисто, благородно, возвышенно. Такой же магией имени обладали для меня Моцарт, Бетховен, Шуман, Шуберт, Григ. В юности же пленили его фортепианные концерты, особенно 2-й и 3-й; меньше другие крупные сочинения: «Колокола», «Симфонические танцы», «Рапсодия на тему Паганини»… Дальше – по убыванию: избранные фортепианные сочинения (прелюдии, этюды-картины). На последнем месте – камерные и вокальные сочинения. Некоторые камерные опусы композитора достаточно бесцветны, а в отдельных случаях просто откровенно скучны. Как мог, к примеру, гений Рахманинов создать такое невзрачное произведение, как Второй квартет! Финал – «радость минималиста»: бесконечно повторяется жалкий мотивчик с такой же жалкой гармонией. Когда в конце диктор произнес имя Рахманинова, я был шокирован. Три его симфонии услышал гораздо позже, в зрелом возрасте, так что они пришлись на более искушенное восприятие. Откровением, как ф-ные концерты, они для меня не стали, но отдельные места (начиная со 2-й) дотягивали до них. Рахманинова называют «рыцарем ушедшей эпохи». Действительно, ему удивительным образом удалось сохранить традиционный музыкальный язык 19 века, в то время как его окружали сменяющиеся новации века 20-го; а ведь он дожил до его середины. Если его соотечественник Стравинский, оказавшийся космополитом, быстро освоился на Западе и, фактически, стал американским, а точнее, мировым композитором, - Рахманинов всю жизнь оставался русским, лелея свою ностальгию по прошлой России, которая, став советской, его отторгла. От этого все его сочинения, созданные на Западе, были покрыты флёром меланхолии, а то и депрессии. Тем не менее, внешний образ жизни великого артиста являл вполне благополучную картину: мировые гастроли и мировое же признание, вилла в Швейцарии… И сегодня Рахманинов остается одним из самых исполняемых композиторов, что, безусловно, имеет веские основания.
Можно вспомнить ещё и художника Артёма Лоскутова, уличили в торговле наркотиками, но из-за недостатоности улик, отпустили.. То, что дело была сфабриковано - верят многие. http://news.ngs.ru/more/61626/
16. Кирилл Гольцман (BeethMark) (26 Февраль 09 17:00) Думается, советской власти надо спасибо сказать за музыку Шостаковича и Прокофьева, в особенности первого. Не были бы они вообще такими композиторами, какими мы их знаем - здесь связь прямая - не надо говорить о святости творческого субъекта. Если Рахманинов на Западе не мог быть другим Рахманиновым в принципе, Шостакович мог превратиться в какого-нибудь Шенберга. :-) так что опять таки спасибо надо сказать советской власти
О дневниках.. Пример очень-преочень грубый, но всё же.. Вы зашли в уборную.. Тихо сидите, и тут к Вам в кабинку является орава фотографов, журналистов и начинают вас снимать.. На следущее утро все ваши действия будут напечатаны в газетах и показаны по всем мировым каналам.... Так и с дневниками - все эти мысли (хорошие,плохие) выплёскиваются " в свет".. Действительно, копошимся в грязном ЧУЖОМ белье..
Вы ещё это послушайте: Так говорил Заратустра - в исполнении Шведского детского духового оркестра...ТАК Заратустра еще не говорил! http://files.mail.ru/VDJZZU
Это не провокации.. Это обычный сарказм над Вашей же фразой: "вставал Сталин, подписывая расстрельные списки и днем, и ночью в течение многих лет". Нам всё равно друг друга не переспорить, ибо мы останемся на своём мнении.
Меню сайта
Помощь тяжело больным детям. 
ПОГРУЖЕНИЕ В КЛАССИКУ. Здесь живет бесплатная классическая музыка в mp3 и других форматах.