Статьи о музыке - Погружение в классику

Введение: Композитор Сергей Михайлович Слонимский (1932-2020) – явление в русской музыке второй половины XX – начала XXI века уникального масштаба. Композитор-энциклопедист, создавший оперы и симфонии, балеты и концерты, он был также блестящим ученым-музыковедом и педагогом. Однако, возможно, именно в камерной вокальной лирике - в романсе - сходятся важнейшие векторы его творческой личности: глубочайшая связь с поэтическим словом, изощренный композиторский интеллект и подлинная, лишенная сентиментальности, человечность. Для концертмейстера романсы Слонимского - это целая вселенная, требующая не просто аккомпанемента, а сотворчества, аналитического ума и эмоциональной гибкости. Это диалог на равных с партнером-певцом и с самим композитором, чья мысль всегда многомерна. Творческий путь и место романса в наследии Слонимский принадлежал к поколению «шестидесятников», чье творческое становление пришлось на хрущевскую «оттепель». Это время культурного пробуждения, интереса к ранее запрещенным пластам искусства (авангард начала века, западная музыка), к новым техникам композиции. Слонимский блестяще усвоил уроки как западного авангарда (додекафония, сериализм), так и новейших отечественных течений (сонорика, коллаж), но никогда не становился их рабом. Его почвой всегда оставалась русская музыкальная речь в широком смысле - от знаменного распева до Прокофьева и Шостаковича. Романс занимал в его творчестве особое, «лабораторное» положение. Если в крупных формах он решал глобальные драматургические и философские задачи, то в романсах оттачивался его уникальный подход к слову. Здесь он мог быть максимально экспериментальным, интимным, афористичным. Вокальные циклы и отдельные романсы создавались на протяжении всей жизни, образуя своеобразный лирический дневник композитора. Среди ключевых вокальных опусов: «Песни вольницы» на народные тексты (1960-е), «Лирические строфы» на стихи Беллы Ахмадулиной (1972), «Романсы» на стихи Анны Ахматовой (1974), «Шесть романсов» на стихи Марины Цветаевой (1980), «Песни из сказок» (1981), «Три романса» на стихи Саши Черного и др. (1993), «Три стихотворения Гавриила Державина» (1999), поздние циклы на стихи Иосифа Бродского и Геннадия Айги. Как трудился композитор: от слова к звуку Слонимский был интеллектуалом, для которого первичным всегда был текст. Его работа над романсом начиналась с глубочайшего погружения в поэзию. Он не просто читал стихи - он их «слышал» изнутри, выявляя скрытую ритмику, ассонансы, смысловые акценты. Композитор говорил: «Меня интересует не просто музыкальное иллюстрирование текста, а создание единого поэтико-музыкального организма, где музыка становится продолжением дыхания стиха, его подтекстом, его второй натурой». Он мог подолгу вынашивать замысел, ища единственно верную интонацию. Известны случаи, когда на одно стихотворение существовало несколько различных вариантов музыки. Слонимский не боялся радикальных решений: мог превратить строфу в виртуозный колоратурный монолог, а мог спустить голос в речь-декламацию на фоне остинатной фигуры в партии рояля. Его труд - это всегда синтез интуиции и расчета. Каждый аккорд, каждый ритмический сбой продуманы, но подчинены общей выразительной цели. Мир романсов Слонимского глазами концертмейстера Для пианиста, впервые открывающего ноты романсов Слонимского, мир привычного русского романса (Чайковский, Рахманинов) рушится. Это иной музыкальный язык, требующий перестройки слуха, рук и сознания. Рояль как равноправный персонаж. Партия фортепиано у Слонимского редко является просто гармонической или фактурной поддержкой. Это зачастую самостоятельный, а иногда и ведущий образ. Она может быть живописным фоном («Вечерний пароход» на стихи Ахмадулиной), драматическим оппонентом вокалисту («Нет, бил барабан…» Цветаевой), или же солирующим инструментом, комментирующим и развивающим мысль (многие романсы на стихи Бродского). Концертмейстер должен осознать эту драматургическую функцию своей партии. 1. Ритмическая сложность и свобода. Слонимский мастерски использует переменные и сложные размеры (5/8, 7/8, их комбинации), полиритмию между голосом и роялем. Это требует безупречного внутреннего метронома и умения чувствовать крупные доли, внутри которых ритм «дышит». Часто возникает иллюзия импровизационной свободы, которая на самом деле жестко организована. Как отмечает пианист и концертмейстер Александр Бондурянский: «Исполняя Слонимского, нельзя позволить себе "растечься". Его ритмическая энергия – это стержень формы. Если его потерять, произведение рассыпается, несмотря на всю кажущуюся вокальную распевность». 2. Гармонический язык: от тональности до сонорики (техника современной музыкальной композиции XX–XXI веков, где основным элементом выразительности выступает тембровая звучность, красочность и фактура, а не мелодия или гармония). Мир гармоний Слонимского эклектичен (смешение разных стилей, идей или элементов в одном произведении), но целостен. В одном романсе могут соседствовать простая диатоника (часто в фольклорных стилизациях) и острые кластеры, додекафонные ряды и отсылки к старинным ладам. Пианисту необходимо выработать особую «артикуляцию» для каждого типа гармонии: прозрачное звучание пустых кварт и квинт, жесткий удар в диссонансе, педальная «дымка» в сонорных пластах. Важно слышать не просто вертикаль, а логику голосоведения, которая часто прослеживается даже в самых сложных эпизодах. 3. Работа с певцом: не дирижирование, но диалог. Концертмейстеру в этом репертуаре приходится быть и гидом, и чутким партнером. Вокальная партия часто написана с учетом естественной декламации, но содержит неожиданные скачки, хроматизмы, речевые интонации. Пианист должен помочь вокалисту «встроиться» в сложный ритмико-гармонический контекст. Иногда рояль ведет за собой, задавая темп и характер, а иногда - чутко следует за дыханием и смысловыми паузами певца. Это искусство ансамбля высочайшего класса. Голоса современников: цитаты и исследования Творчество Слонимского, и в частности его вокальная лирика, всегда вызывало живой отклик у музыковедов, исполнителей и коллег-композиторов: • Музыковед Иосиф Райскин в статье в журнале «Музыкальная академия, а ранее в журнале «Советская музыка» писал: «Слонимский-вокалист - прямой наследник Мусоргского в его одержимости "интонируемым словом". Но если Мусоргский шел от человеческой речи, то Слонимский - от речи поэтической, уже преображенной и кристаллизованной. Его музыка не озвучивает стихи, а достраивает их до некоей новой, синтетической реальности». • Певица Любовь Петрова, много исполнявшая его романсы, вспоминала: «Работать с ним было невероятно трудно и бесконечно интересно. Он не терпел приблизительности, требовал точности в каждой ноте, в каждом акценте, но при этом всегда искал в нашем исполнении живую, сиюминутную эмоцию. Он говорил: "Это должно быть точно, но не механически"». • Композитор Владлен Чистяков (из газеты «Культура» на юбилей памяти Слонимского) отмечал: «Сергей Михайлович обладал удивительным даром "прочитывать" поэзию. Его романсы на стихи Цветаевой или Бродского - это не просто музыка, а глубокое музыковедческое и философское эссе о поэте. Он вытаскивал на свет самые потаенные, самые сложные смысловые пласты». Важные мысли: в чем современность и непреходящая ценность? 1. Диалог культур. Романсы Слонимского - это мост между эпохами и культурами. В них встречаются русский фольклор и символизм серебряного века (Цветаева, Ахматова, Мандельштам) и постмодернистская поэтика (Бродский). Для концертмейстера это означает необходимость погружения в контекст, понимания, каким стилистическим кодом говорит музыка в каждом конкретном случае. 2. Этика творчества. В музыке Слонимского нет ничего поверхностного, «конъюнктурного». Это искусство высокой ответственности перед словом и перед слушателем. Оно воспитывает в исполнителе (и в концертмейстере в первую очередь) вкус к смысловой насыщенности, к отказу от пустого наслаждения гармонии и мелодии в пользу выразительности и фразировки. 3. Техника - как слуга экспрессии. Все сложности - полиритмия, диссонансы, виртуозные пассажи – никогда не являются самоцелью. Они всегда на службе у содержания. Истерический накал стихов Цветаевой требует соответствующей звуковой «рваности»; интеллектуальная игра Бродского - тонкой полифонической работы. Задача концертмейстера - преодолеть технические трудности настолько, чтобы они перестали быть заметными, уступив место чистому высказыванию. 4. Камерность - как исповедь. В эпоху глобальных зрелищ и упрощений, романсы Слонимского утверждают ценность камерного, личного высказывания. Это разговор по душам, требующий тишины и сосредоточенности от слушателя и предельной самоотдачи от исполнителей. Концертмейстер в этом дуэте - не аккомпаниатор, а со-исповедник. Заключение: школа мастерства и человечности Романсы Сергея Слонимского для концертмейстера - это больше, чем просто репертуар. Это школа высшего пилотажа, совмещающая виртуозность пианиста, эрудицию музыковеда, чуткость актера и интеллект интерпретатора. Работа над ними - это диалог с одним из самых глубоких умов современной русской музыки, урок честности перед искусством и уважения к поэтическому слову. Преодолевая первоначальный барьер сложности, пианист открывает для себя неисчерпаемый мир, где каждая деталь осмысленна, где форма безупречна, а эмоциональный диапазон - от щемящей лирики до саркастического гротеска - необъятен. Исполнять С. Слонимского - значит не просто играть ноты, а участвовать в продолжении жизни великой русской культуры, которую он так трепетно старался сохранить и преображать в своем творчестве. Для концертмейстера это и честь, и серьезная ответственность. 1. Райскин И.В. Сергей Слонимский: Монографический очерк. – Л.: Советский композитор, 1976. 2. Холопова В.Н. Путь по центру. Композитор Сергей Слонимский. – М.: Композитор, 2000 (Содержит детальный анализ многих сочинений, включая вокальные). 3. Слонимский С.М. Бурлески, элегии, дифирамбы в презренной прозе. – СПб.: Композитор, 2000 (Авторские эссе, дающие ключ к пониманию его эстетики). 4. Статьи в научных сборниках: «Сергей Слонимский: К 70-летию со дня рождения», «Петербургская музыкальная наука» и др. (Разбор вокальных циклов, проблем вокального интонирования). 5. Аудиозаписи: Интерпретации романсов в исполнении Любови Петровой и автора (за роялем), Елены Образцовой, Ольги Кондиной и др. (Позволяют услышать авторскую трактовку и исполнительские подходы). Источник: https://собственный материал
Категория: прочее \| Добавил(а): malovato (10 Февраля 26) \| Автор: Сергей Григорьев
Просмотров: 5