Кроме шуток, одними из первых гениальных открытий людей были огонь, колесо и т. п. Представляю, как радовались кроманьонцы, когда ансамбли флейтистов впервые открывали терции, сексты, кварты, трезвучия.
На мой слух, оркестровый колорит в 29-й сонате совсем не бетховенский, не до-, а скорее пост-романтический и довольно суровый. Отдаленно напоминает оркестр Брамса, но не совсем. М.б., это собственный оркестровый стиль Вейнгартнера (у него есть 4 своих симфонии, которые я не слышал). В итоге вышло довольно своеобразное по эмоциональному эффекту сочинение, которое, возможно, имеет самостийную ценность.
А я думал, что когда Гайдн сочинял клавирные сонаты у него в голове были молоденькие клавиристки :). И между прочим у этого утверждения (в отличие от вашего) есть письменные биографические подтверждения.
Желающие могут сравнить симфонию Боккерини (с заимствованиями у Глюка) "Обитель дьявола" в "академическом" исполнении Спивакова и левоаутентистском варианте Антонини (Giardino Armonico): http://intoclassics.net/news/2009-03-24-4727
Был Гендель - был Бойс, был Рамо - был Мондонвиль. Это я к тому, что восторги восторгами, а разница все-таки есть. Хотя и Бойс, и Мондонвиль - безусловно замечательные композиторы, и ими вполне можно увлечься (сам тоже увлекаюсь:).
Про критиков вспомнил известного в 19-м веке авторитета - Фетиса. Послушав Листа и Тальберга, он написал, что Лист - это временный ажиотаж, а Тальберг - музыкант будущего.
Георгий, все же люди разные. Ваш личный колебательный контур жестко настроен на минор. Мой скорее на игру светов и теней, и я бы для доказательства непохожести мелодических индивидуальностей возможно выбрал бы 41 (еще лучше 39) Моцарта и 103 Гайдна.
Волосы - еще и вопрос техники безопасности. Мне рассказывала знакомая пианистка, что в молодости она играла на концерте с распущенными волосами 8-ю сонату Бетховена и в медленном вступлении низко наклоняла голову. И на одном из аккордов приступила пальцами собственные волосы.
Юдину и Анни Фишер иногда, кажется, называли пианистами в юбке. Аргерих в этом смысле их полный антипод. В своей игре (особенно это чувствуется в Шумане) она даже наоборот, как будто нарочно, стремится подчеркнуть "Да, я слышу и играю эту музыку как женщина". Однако это нисколько не уменьшает ее таланта.
Добавлю, что "концерт" конечно "маленький", но Херман Макс - известный и солидный дирижер (аутентист). Он записал оба пассиона И.С. Баха (по Иоанну - здесь выкладывались), 2 диска кантат В.Ф. Баха, ряд ораторий К.Ф.Э. Баха, Зеленки, Телемана.
Скорость на Народе зависит от времени суток. Максимум (около 1 Мб/с) - утром до 12.00 по моск. времени. На Народе объем хранения неограничен. На Мэйл максимум 10 Гб, и кроме того файлы надо все время лично продлевать, иначе их удалят. Вот люди сейчас пойдут в отпуска, и половина ссылок на Мэйл умрет.
Мне хвалить собственную родственницу не совсем удобно, хотя Гайдн у нее действительно получается. Спасибо за пост. Прекрасно помню время, когда она писала сонаты Гайдна в известной кирхе недалеко от БЗК. Где-то около 1977 г.
Кончерти-гросси Ависона скомпонованы из аранжированных и частично переделанных клавесинных сонат Скарлатти. Причем некоторые части этих концертов Ависон сочинил сам. В 18-м веке такая работа почиталась как знак уважения к автору оригинала. Сравните с Кармен-сюитой Щедрина, Шопенианой Глазунова, сонатами Моцарта-Грига в 4 руки, транскрипциями песен Шуберта-Листа и т.п.
Хотя это исполнение двух блестящих учеников Листа (большого пианиста и великого дирижера) довольно сильно отличается от современных или недавно существовавших стилей в исполнении романтиков, я, ИМХО, считаю эту запись одним из реальных исполнительских шедевров. При том, что Зауэру здесь 76 лет, а Вейнгартнеру - 75 лет,
Спасибо! Зандерлинг довольно крепкий немецкий дирижер, но благодаря 25 годам жизни в СССР (1936-1960) отлично понимает Шостаковича и фон, на котором создавалась его музыка. Сейчас ему уже 96 лет. Вот тут http://www.zn.ua/3000/3680/63663/ есть интересное интервью с его сыном. Цитата: — Каковы были причины возвращения вашей семьи в Германию?
— Там действительно была целая история… Еще в 1946 году, сразу после окончания войны, отца приглашали главным дирижером на радио в Восточный Берлин, тогда это была еще советская зона. Однако по заданию Евгения Мравинского директор Ленинградской филармонии Афанасий Пономарев смог организовать все таким образом, чтобы отец остался.
А Пономарев свое решение так аргументировал: «У Евгения Александровича плохо со здоровьем. Мы не можем иначе. Зандерлинг нам нужен». В общем, он знал, как это делается.
Но еще до смерти Сталина кто-то из чиновников от культуры вдруг задумал «убрать» моего отца. И вот тут его спас Шостакович. Мравинский с Николаем Черкасовым подготовили письмо. Шостакович обратился к референту Сталина с просьбой, чтобы письмо срочно доставили вождю...
И уже за границу моего отца пускали только вместе с оркестром. В Москве он мог сколько угодно выступать с другими оркестрами, но за рубежом — нет! Только однажды пианисту Эмилю Гилельсу удалось «пробить» для него бетховенский цикл в Болгарии. Именно после этих гастролей культурные круги ГДР и начали общаться с моим отцом на тему возвращения.
Дальше — еще интересней. Выяснилось, что отец офицера, с которым мы беседовали, работал валторнистом в оркестре, и он тогда сказал: «Курт Игнатьевич, вы можете быть абсолютно спокойны». Чиновники просто решили, что какую-то формальность надо бы соблюсти. Вот такой театр.
Но мы ведь знаем похожую историю о том, как Александр Свешников приглашал на работу в Московскую консерваторию Святослава Рихтера. Тот никак не соглашался, но Свешников все же уговорил его проводить семинары. Потом дал ему на подпись обычное заявление «прошу принять меня...» и указал: «Святослав Теофилович, подпишите здесь». Рихтер прочитал и возмутился: «Как это я «прошу принять»? Ведь это вы меня просите!». И не подписал.
— Это правда, что ваш отец и сейчас продолжает изучать партитуры?
— Он мне говорил, что проводит время с партитурами. С уже сыгранными или теми, которые он бы хотел сыграть. Например, когда я дирижировал Шестую симфонию Малера, он сетовал, что не успел ее сыграть. Говорил, что и в ленинградскую, и в восточно – берлинскую пору нужно было «выполнять план» определенными произведениями. Он ведь не все успел сыграть, что хотел...
Спасибо! И за "Золотой век" и за российский аутентизм в лице Концертино. (Явно поднабрали кой-каких приемчиков от западных аутентистов, но и национальное лицо присутствует. С огоньком и с юморком.)
Меню сайта
Если кого-то интересует моя партийность по принципам исполнения, то я культплюралист.
Помощь тяжело больным детям. 
ПОГРУЖЕНИЕ В КЛАССИКУ. Здесь живет бесплатная классическая музыка в mp3 и других форматах.