Хочу дополнить работу Галины. Тот же комплект был в торренте вместе со сканами. Его источник - оцифровка пластинок RCA Victrola, выпущенных примерно в 1971 г. (О том, что это пластинки, можно догадаться и по тембру записи). Информацию об этих пластинках см. http://www.mininova.org/tor/2341607
Добавлю, что тег названия альбома "Music Workshop" по некоторым обычаям означает перенос материала с LP.
Сканы я выложил для публики отдельно: http://files.mail.ru/R30NQF
Даже в сонатах Моцарта нет единства нумерации, а уж у Генделя. Как я догадываюсь, здесь взята нумерация из http://en.wikipedia.org/wiki/List_of_compositions_by_George_Frideric_Handel#Keyboard_works Тут два тома 8+9 сюит. Однако производители записи видимо забыли пометить номера томов. Сюита №7 (с Пассакалией) и №3 (с популярным Престо) из более известного первого тома, а остальные две из менее известного второго.
1. Inventions & Sinfonias BWV 772 - 801 2. „Chromatic“ Fantasia & Fugue BWV 903, French Overture BWV 831, Italian Concerto BWV 971, Four Duets BWV 802-805, Fantasia & Fugue C Minor BWV 906 3. Goldberg Variations BWV 988
составили Vol. 31 известного комплекта Johann Sebastian Bach: Complete 172 CD, Hanssler, имеющегося на boxset.ru (APE) http://boxset.ru/johann-sebastian-bach-complete-172-cd-hanssler/
По-моему, сильно недооцененный пианист. Во всяком случае, Лигети понял его лучше, чем бывшие соотечественники. Ежели есть интерес к его записям Баха, у меня кое-что есть.
Еще - это проблематично. Я глянул на http://www.arkivmusic.com/classical/Name/Peter-Eötvös/Conductor/3585-3 Из 26 его дирижерских записей только 6 не-авангард: 5-я Бетховена, 3 диска его соотечественника Бартока, Весна священная + Мавра Стравинского и еще Шрекер.
Пользуюсь возможностью прорекламировать свой старый, но родственный материал http://www.intoclassics.net/news/2009-02-24-3925 - Польский пианист Януш Олейничак играет Шопена на личном инструменте самого композитора (Pleyel, 1831), который сегодня находится в частной коллекции.
Весь Бах, записанный Перайя (кроме последнего диска 2009 г.), перечислен тут: http://www.bach-cantatas.com/NVP/Perahia.htm У него, оказывается, большие проблемы с 1-м пальцем правой руки - порез перешел в рецидивирующее септическое поражение кости пальца, и Перайя перенес много операций и много времени не мог играть: http://en.wikipedia.org/wiki/Murray_Perahia#Hand_injury http://www.tokafi.com/news/murray-perahia-bach-partitas-steady-hand/
Ведерников и Перайя. Горы и лес. Суровый возвышенный аскетизм и многообразие эмоций. Но оба играют замечательно. Интересно, что Перайя, играя в стиле, вместе с тем прописывает множество тонких деталей.
У Бетховена личное и исторический фон очень сильно переплетены. К сожалению, не все на это обращают внимание и делают из него одинокого и вневременного борца с судьбой.
Насчет Арнонкура (а с ним Брюггена и Гардинера) согласен. Когда великие старики всячески старались накачать финал 5-й (с его довольно нехитрым тематизмом) философией, всегда получалось впечатление какой-то преувеличенности. Аутентисты же перевели эту музыку в ее историко-стилистическое русло, и она приняла некий военно-триумфальный облик (опять же запах пороха эпохи революций и войн).
Тогда давайте и на Гете. Гете вообще-то понимал, кто есть Бетховен, но тоже многое не воспринимал. Известно, что про 7-ю симфонию он сказал, что это, дескать, подтверждение алкоголизма автора. Гете, как и Шопен, считал муз. идеалом Моцарта. (Для меня все это сугубо занимательная аллергология).
Про искусственный и искренний пафос. У Бетховена совершенно искренний пафос - пафос великой идеи-мечты - "Обнимитесь миллионы". Личный недуг Бетховена здесь не при чем. Многие забывают, в какое время жил Бетховен. Больше 15 лет наполеоновских войн. Грандиозная общеевропейская мясорубка, где погибло в общей сложности около 4 миллионов человек разных национальностей. Все это происходило на его глазах. Бетховен (в отличие от Шостаковича) был композитором-классицистом и не стремился непосредственно отображать переживания войны. Но все это не могло не отложить отпечаток в его сознании, и отобразилось в виде великой мечты братства и радости.
Вот, что выходит в конце, когда великий композитор пишет нечто целые 20 лет (первые наброски темы радости появились у Бетховена еще в молодые годы) Если сравнивать финал Бетховена по чисто формально-архитектурным признакам с финалами Моцарта, Гайдна, Шуберта, Шумана, Брамса, то он выглядит как дико навороченная вещь. Но в составе симфонии он для меня воспринимается как гениальное творение. Сумасшедшее, трансцендентное, не укладывающееся ни в какую формальную логику, но гениальное.
Спасибо. Дезормьер был отличным дирижером. ----------------- А в июле 1794 г. казнили и Жана-Фредерика Эдельмана, очень неплохого французского композитора-классициста, ввязавшегося в политику на стороне якобинцев и ухитрившегося стать губернатором департамента Нижний Рейн. Погиб из-за того, что выступил в защиту ошельмованного и тоже казненного друга, видного якобинца. (У меня есть два десятка клавирных сонат Эдельмана.)
Вообще практически все клавесинисты, начиная с Ландовской, используют, по сравнению с пианистами, преувеличенную агогику. Это компенсирует невозможность оформлять на клавесине музыкальные фразы усилением и ослаблением звука. И у каждого клавесиниста есть своя манера оттяжек, придержек и других приемов "неровной игры". Волконский в этом плане действует, возможно, наиболее радикально. Говорят, он сознательно стремился исполнять Баха декламационно-риторическим образом. Это было как бы его видение музыки Баха.