Его отождествление с гонениями - совершенно неспаведливо. Он прекрасно на протяжении тяжелейшего периода делал свою работу как только мог, лавируя меж огнями. Он защищал композиторов, и за это ему надо поставить золотой памятник. И был человек золотого сердца.